Статьи / Эксклюзив

АНДРЕЙ КОРОТАЕВ: Будущее городской среды – за микрорайонами-кластерами

ЭКСКЛЮЗИВ: Андрей Коротаев, член Союза московских архитекторов, работает сейчас и в Европе, и в России, – об удачном стечении обстоятельств, которые помогают трансформировать наработки советских градостроителей в соответствии с требованиями сегодняшнего дня, продиктованными не только экологией, но и пандемией. И даже выполнить 11-ю ЦУР ООН.

АНДРЕЙ КОРОТАЕВ: Будущее городской среды – за микрорайонами-кластерами

Фото: предоставлено автором

Вошедшая сейчас в моду система относительно автономных жилых кварталов-кластеров зародилась же у нас в стране еще при СССР?

Андрей КОРОТАЕВ: Да, по крайней мере, это на нашей памяти. Вроде бы совсем недавно! Создание системы микрорайонов планировалось на перспективу – лет на сто. Поэтому, можно сказать, что она сейчас «в самом расцвете сил»! Ей не более полувека.

И вот на этой благодатной почве и возникла тема – актуальная сегодня - это создание кластеров. То есть, неких самостоятельных территориальных образований внутри мегаполиса, которые представляют собой относительно автономные единицы. И обеспечивают своим жителям набор главных городских функций. В этих кластерах можно жить. Можно получать коммунально-бытовое обслуживание. Можно развлекаться. И можно работать.

Но если слово «кластер» заменить на «микрорайон», то получается, что многие умные головы на эту тему начали думать еще 60 лет назад. Так что решение вопроса давно витает в воздухе. Работали целые институты, которые создавали научные программы под такой способ расселения жителей крупных городов, который назывался «микрорайоны».

Как выглядел так называемый «советский» микрорайон?

Андрей КОРОТАЕВ: Площади таких микрорайонов варьировались в пределах тридцати гектаров. И рассчитывались на 16-18 тысяч человек. При высоте домов 9 и более этажей. Предполагалось, что в пешеходной доступности – а это 500 метров – внутри микрорайонов будут и детские учреждения, и школы, и первичная сеть магазинов. Пятьсот метров – это в пяти минутах ходьбы.

Весь микрорайон, в свою очередь, разбивался на группы жилых домов. То, что условно можно назвать «кварталами». Там школьные и учреждения для повседневного быта находились на расстоянии уже двухсот метров. Вспомните привычную картинку, когда человек, живущий в многоэтажном доме, подходит к окну и видит во дворе школу, магазин, аптеку, детский сад, комбинат бытового обслуживания.

Получается – то, о чем сейчас активно говорят, заслуживает ретроспективного взгляда: «А что уже было сделано в этом направлении?»

Андрей КОРОТАЕВ: Безусловно. И задумывалось масштабно, «по уму». И воплощалось на практике достаточно четко.

В системе планового хозяйства и планового строительства все объекты социально-культурные создавались одновременно с жилыми. И не было такого, как сейчас, когда застройщик обещает построить детский сад в своем районе, но на деле - возводит все, кроме детского сада. И к нему не применяются никакие санкции.

В советское время было несколько иначе. Не только много и масштабно строилось, но до сих пор сохранилось и прилично функционирует (если проводить плановый уход). И в моральном смысле еще не устарело. Пожалуй, только кроме фасадов, потому что те стройматериалы, из которых были построены эти дома, приходят порой в негодность, появляются трещины – они замазываются, неумело подкрашиваются, балконы бессистемно, хаотично застекляются. И все вместе это выглядит не совсем презентабельно. Но, повторяю, по сути своей, по содержанию, это вполне здравая идея, которая жива до сих пор.

Такие микрорайоны «в народе» давно стали называть «спальными районами». Почему?

Андрей КОРОТАЕВ: Потому что тогда не предусматривалось, не предполагалось бурного развитие частного автовладения. И весь упор – во внутригородском передвижении граждан - делался на общественный транспорт. Считалось, что люди, проживающие в данном районе, могут к месту своей работы прекрасно добраться на трамвае, на метро или на автобусе-троллейбусе. То есть, в одной части города (как правило – в центре) трудятся, в другой – живут, то есть «спят».

И вот именно здесь – обратите внимание – прошлое и пересекается с настоящим. Ушла необходимость ехать куда-то на работу, работать можно внутри своего - в кавычках - «спального», а теперь уже не спального района, то достаточно создать, добавить внутри этой инфраструктуры некие элементы, условно называемые «коворкингом», - и микрорайон превращается в кластер.

Единственное, о чем советские плановики-градостроители не задумывались всерьез, это парковки. Автомобилей частных было достаточно немного, и мест во дворах хватало всем. Сейчас в корне иная ситуация: «Велика Россия, а припарковаться негде!»

Андрей КОРОТАЕВ: Сегодня горожан склоняют к тому, чтобы они отказывались от личных машин в пользу общественного транспорта. Он довольно бодро ходит по выделенным полосам. Предсказуемо четко, по расписанию. Можно достаточно точно заранее рассчитать время в пути из пункта «А» в пункт «Б». А вот с частными машинами и парковками для них ситуация обратная. Время на маршруте – плюс-минус час, пробки. Парковки либо дорогие, либо их мало, либо их просто нет.

Это - целенаправленный тренд на «выдавливание» автомобилей за пределы города, из его центра, как минимум. И называется это «демотивация частных автовладельцев».

Но если мы говорим о микрорайонах – они же кластеры – которые, чаще всего находятся не в центральной части города, а где-нибудь ближе к окраинам, то там пространства больше, можно найти место для гаражей, парковок. Но при этом автомобиль превращается из средства передвижения на работу - в «транспорт выходного дня»: для отдыха, загородных поездок, для путешествий.

Ведь если у тебя работа находится в пределах 15-20 минутах ходьбы, нет смысла заводить и прогревать автомобиль. И платить за бензин.

Реально ли в России идею кластеров распространить из крупных городов на поселки и так далее? Проще говоря, создаешь вот такой кластер-микрорайон, где природные плюсы совмещаются с плюсами городской жизни, – и у людей не возникает необходимости покидать деревни и малые города.

Андрей КОРОТАЕВ: Называется это «сабурбия». И относится, например, к Соединенным Штатам и развитым европейским странам. К тем, где хорошо развита дорожная инфраструктура. Конечно, когда дорог отменного качества много, то быстро отмахать километров сто в один конец на работу или по другим делам – не составляет труда. Но у нас в России пока такой подход не совсем применим. В силу общей неразвитости дорожной сети и ее качества.

Но давайте вернемся к принципам, по которым «конструировались» микрорайоны недавнего прошлого:

- Микрорайон создавался как единое планировочное целое, структура которого определялась системой необходимого повседневного обслуживания. Это детские сады, школы, удобные транспортные, пешеходные сети и благоприятные условия быта и отдыха.

- В микрорайоне была грамотно продумана безопасность движения транспорта и пешеходов. Основные магистрали выносились с внутренних территорий на периметр групп домов. И к конкретному дому вели только подъезды для автомобилей экстренных служб. Считалось, что человек может подъехать и на такси.

- При проектировании микрорайона всегда учитывались местные природно-климатические особенности. И создавались благоприятные санитарно-гигиенические условия. Не существовало одной универсальной абстрактной модели, которую можно было применить и в Заполярье, и в Крыму. Это всегда было привязано и к ландшафту, и к конкретной территории, и к розе ветров.

Можно ли в качестве примера «устойчивого города» в терминологии ООН привести планировку Зеленограда, в недавнем прошлом – города-спутника Москвы, а сегодня – одного из районов столицы? Там огромные зеленые пространства, большие дворы, множество парков и водоемов, грамотная дорожная сеть.

Андрей КОРОТАЕВ: Конечно. И можно себе представить, как при виде этой красоты чешутся руки у современных девелоперов, которые привыкли выжимать копейку из каждого сантиметра пространства, часто в ущерб живущим там людям.

Поэтому, если зафиксировать современные микрорайоны в качестве современных же кластеров, то нужно будет каким-то образом остудить аппетиты девелоперов. Заставить их принять как данность, что «зеленые пятна» на карте или плане – это не места для будущих строительных котлованов, а специально продуманное жизненное пространство для отдыха горожан. Которые по строгим научным нормам должны получать определенное количество солнца и свежего воздуха.

А если современные городские районы просто переименовать в «кластеры»?

Андрей КОРОТАЕВ: Если говорить о тридцати гектарах, как о некой территориальной единице одного микрорайона, то никакая, например, реновация сюда не подходит. А подходят только площадки бывших промышленных производств. Как, например, оставшаяся на месте бывшего «Завода имени Лихачева» в Москве. Там, кстати, построен кластер «ЗИЛ-Арт».

А реновация – это, максимум, квартал в 4-5-6 домов. В лучшем случае. Маловато будет, чтобы создать людям все необходимые удобства.

Сегодня, в условиях пандемии, на роль кластеров логично подходят спальные микрорайоны, спроектированные еще в советское время. Ведь работа на «удаленке» – это работа в спальных районах. Если добавить туда цивилизованные условия, принятые в коворкингах, чтобы не работать за столом на кухне, например, тогда вообще все прекрасно складывается. И в этом случае жители спальных районов становятся обитателями современных жилых кластеров.

У удаленно работающих сотрудников, как правило, рабочий инструмент - ноутбук. Все очень компактно. И право выбора – квартира с домочадцами или стол 60 на 80 в едином офисном пространстве коворкинга. Но при этом еще освобождаются внутренние уличные проезды, парковки. Потому что автомобили перестают быть настолько необходимыми. Исчезает надобность ехать километров 30 до офиса в центре мегаполиса.

Этот тренд – от спальных районов к жилым кластерам – очень удачно, как я уже говорил, ложится на 11-ю Цель Устойчивого Развития ООН – создание устойчивых городов и населенных пунктов. Иными словами – максимально комфортной урбанизированной среды.

Надо только избежать искушения нарушать научно обоснованные нормативы организации внутригородских пространств. И не стесняться консультироваться со специалистами, которые это все удачно задумали и запроектировали многие десятилетия назад.


Благодарим Андрея Коротаева за помощь в подготовке интервью.


Рекомендуем
Контакты:

Адрес: г. Москва, Долгоруковская ул. дом 6, офис 68
Телефон:+79854690472
Редакция:

red@sdpl.ru
Шеф-редактор: Елена Новомлинская
Главный редактор: Татьяна Крикун
Реклама:

adv@sdpl.ru
+79854690472
Юлия Громова

© 2015—2020 «Платформа Устойчивое развитие» - деловое издание. 18+

Свидетельство о регистрации электронного СМИ Эл № ФС77-75318 от 15.03.2019 г. выдано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор).

Новости, аналитика, лучшие практики устойчивого развития компаний, городов, регионов и государств.

При перепечатке материалов или частичном цитировании ссылка на портал SDPL.ru обязательна.